Il giardino

Il giardino. "В саду". Юлиан Нечаев. Холст/масло, 156х100, 2000 г.Il giardino. "В саду". Юлиан Нечаев. Холст/масло, 156х100, 2000 г.

Литературным и религиозно-философским источником «Il giardino» («В саду») конечно же является Ветхий Завет с его описанием Эдема — райского сада. Эта работа Ю. Нечаева относится тому времени его творчества, который можно назвать «апокалиптическим технопанком», но, однако, сильно выделяется из других его работ. Картина «Il giardino» — это переход от раннего творчества, которое часто подпитывалось библейскими сюжетами, к серьезным философским произведениям последнего периода жизни художника.

И взял Господь Бог человека, [которого создал,] и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его. И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь.

(Быт.2:15-17)

Адам и Ева, обитающие в райском саду, были, согласно Библии, бессмертны и безгрешны. Но, сооблазненные змием, они вкусили плод от запретного Древа познания добра и зла, совершили грехопадение, и путь в райский сад им навсегда стал закрыт…  Бог закрыл от них Эдем с его Древом жизни, изгнав их и поставив на страже Ангела с пламенным мечом. С той поры люди испытывают страдания и смерть.

Данная картина в чем-то перекликается с всемирно известным «Садом земных наслаждений» (1500—1510) Иеронима Босха, несмотря на почти полтысячелетия, разделяющего обе работы. Главную идею, также как и у Босха, Нечаев выразил через несколько знаковых библейских изображений. Люди-деревья, плавно переходящие в завитушки руна безгрешного агнца, овцы, которая питает крыс, впившихся в ее сосцы, своим молоком. Их лица искажены ужасом, смешанным с удивлением: сзади доносятся болезненные для их непривычных ушей трубные звуки, на переднем плане уже ползет змий-искуситель, который вскоре разрушит их мирную идиллию…

На заднем плане — иерихонские трубы, которые художник изобразил со змеиными языками. По преданию Ветхого Завета, стены палестинского города Иерихон обрушились от трубных звуков, которые издавали его завоеватели («иерихонские трубы»). На картине появление этих «персонажей» аллегорично: в переносном смысле звук иерихонских труб предвещает серьезные катаклизмы. В последние месяцы своей жизни Ю. Нечаев не раз мысленно возвращался к этой работе, напоминая о ней своим друзьям в философской переписке.